Диана Михайлова (diana_mihailova) wrote,
Диана Михайлова
diana_mihailova

Category:

ОТРАЖЕНИЕ ГИБРИДНЫХ УГРОЗ. ЗРК В СИСТЕМЕ ПВО И ПРО



На крупнейший в мире нефтеперегонный завод в Абкайке (Саудовская Аравия) и находящееся там же нефтяное месторождение Хурайс 14 сентября 2019 г. была совершена атака авиационных дронов и крылатых ракет. В результате атаки на некоторое время значительно упала добыча нефти в Саудовской Аравии, что немедленно сказалось на мировом рынке углеводородов. Успешно осуществленная «атака дронов» вызвала множество вопросов к возможностям современной противовоздушной обороны (ПВО), к противостоянию новым видам угроз и уровню подготовки современных государств к подобным вызовам.

Автор Дмитрий Корнев

Атаки на объекты Saudi Aramco совершены с помощью летательных аппаратов двух типов: во-первых, это беспилотные летательные аппараты с зарядом взрывчатки – так называемые «дроны-камикадзе»; во-вторых, это крылатые ракеты наземного базирования большой дальности действия. Судя по всему, все эти средства поражения были иранского производства, но такие системы вооружений уже несколько месяцев применяют йеменские повстанцы-хуситы, которые при поддержке Ирана противостоят арабской коалиции во главе с Саудовской Аравией.


Что же произошло и как работали системы противовоздушной обороны саудитов? Первое ощущение, что системы обороны не работали совсем. Возможно, так и было: для отражения столь неожиданной и массированной атаки необходимо нахождение средств обороны в состоянии повышенной боевой готовности. Кроме того, атака малогабаритных аппаратов, возможно, оказалась необнаруживаемой для части радаров системы ПВО. Вероятно, свою роль сыграли также и особенности основной противовоздушной системы саудитов – американского комплекса Patriot. Эта система ПВО предназначена для отражения воздушной или ракетной атаки в определенном секторе и, соответственно, размещается обычно для отражения нападения с определенных направлений. Если средства атаки совершили дальний обходной маневр или были применены с той стороны, откуда их не ожидали, то рассчитывать на отражение удара комплексом Patriot вовсе не приходилось.


Нечто подобное уже происходило ранее в Сирии: 7 апреля 2017 г. военно-морские силы США нанесли удар 60 крылатыми ракетами по авиабазе Эш-Шайрат в Сирии. Оценки эффективности этого удара различаются, но, с учетом сообщений независимых источников, было поражено не менее 44 целей, и некоторые из них дважды. Цели удара были явно демонстрационные – показать возможности совершать мощные высокоточные удары по наземным объектам с использованием ограниченного морского контингента и несмотря на наличие в регионе более-менее современных систем ПВО. Возможно, системы ПВО при атаке Эш-Шайрата действовали разрозненно и не были объединены под единым командованием, что и привело фактически к достижению всех целей атаки.


Совершенно иную ситуацию мы видим при построении комплексной противовоздушной обороны российской военно-воздушной базы Хмеймим в Сирии с помощью ЗРК С-400 и «Панцирь-С1». Для организации взаимодействия средств ПВО здесь развернута информационная инфраструктура полка противовоздушной обороны, который обеспечивает работу разнородных средств по защите от угроз любого рода. База не раз и успешно справлялась и с атаками дронов и с ракетными ударами систем типа «Град».


Это показывает, насколько большую роль играет сочетание таких факторов, как современные комплексы ПВО, правильное распределение сил и средств, высокий уровень подготовки и боевой готовности персонала и техники.


Есть, конечно, и кардинальные отличия двух основных зенитных ракетных комплексов – российской С-400 и американской Patriot.


С-400 VS PATRIOT



История создания двух ЗРК – С-400 «Триумф» и Patriot – говорит о различиях в подходах. В случае с С-400 мы видим систему, которая предназначена прежде всего для защиты стационарных объектов от массированного и эшелонированного по времени, высотам и направлениям воздушного нападения. ЗРК Patriot создавался в качестве средства противовоздушной обороны с расширенными возможностями по уничтожению атакующих баллистических ракет малой и средней дальности в секторах угрозы. Это было вызвано необходимостью организации обороны от наступающих советских танковых дивизий в Европе 1970–1980-х.


Предполагалось, что такое наступление должно было сопровождаться нанесением ракетных ударов в оперативно-тактической глубине обороны (до 500 км), и именно для противостояния такому ракетному удару создавался Patriot. Соответственно, возможности этих систем заметно различаются.


ЗРК С-400 «Триумф» предназначен для комплексного решения вопросов противовоздушной обороны на уровне целого государства и в сочетании с другими средствами ПВО, с которыми он может взаимодействовать и обмениваться информацией. Например, в Сирии С-400 успешно работает в плотной связке с комплексами «Панцирь-С1», которые занимаются как раз мелкими «беспилотниками-камикадзе». Такой комплекс представляет эффективное средство защиты целых регионов. Эффективность С-400 особенно проявляется в условиях, когда требуется обеспечить круговую оборону объекта или территории. При этом обеспечивается максимально высокая точность поражения целей, что позволяет гарантировать отражение налета с эффективным расходованием боекомплекта оборонительных систем.


Комплекс Patriot, напротив, продуктивен в качестве системы, основная задача которой – закрытие какого-либо авиационно- или ракетоопасного направления или сектора. Относительно богатый опыт применения комплексов Patriot в нескольких современных локальных конфликтах показывает рациональность их использования именно при обороне в заранее известном и строго определенном секторе.


Высокая боевая производительность батареи ЗРК в узком секторе обеспечивает многократное поражение атакующих ракет, т.е. комплекс успевает выпустить по одной цели количество ракет, достаточное для ее поражения. За счет этого достигается высокая вероятность уничтожения атакующей ракеты или авиационных средств противника.



Есть, конечно, как мы видим, и особенность – против баллистических ракет в той же Саудовской Аравии комплексы Patriot применялись относительно успешно, но в отражении неожиданного налета малогабаритных низколетящих дронов они не выпустили ни одной ракеты! Это закономерно, т.к. по подобным целям должны были работать системы меньшего калибра и класса, но под управлением единой системы ПВО.


Если такая система ПВО у саудитов есть, то либо она недостаточно совершенна, либо 14 сентября ее просто забыли включить.


БОРЬБА С ГИПЕРЗВУКОВЫМИ ЦЕЛЯМИ


Уже в относительно близкой перспективе перед средствами ПВО встанут задачи отражения атак гиперзвуковых целей разного класса. Это могут быть как тактические противокорабельные ракеты, так и ударные ракеты средней дальности, а также управляемые боевые блоки межконтинентальных ракетных комплексов.


В случае отражения атаки тактических гиперзвуковых крылатых и аэробаллистических ракет придется иметь дело с высокоскоростной (скорость полета 5–10 М) целью, которая двигается, маневрируя на относительно небольших высотах.


Следствием такого поведения цели будет ее высокая угловая скорость и маневры по курсу и высоте, что потребует высоких показателей обороны по быстродействию всех ЗРК и их работы в комплексе систем ПВО средней и малой дальности.


На финальном рубеже обороны большую роль будут играть ЗРПК типа «Панцирь».


Атаку гиперзвуковых боевых блоков большой дальности будет характеризовать относительно небольшая высота их подхода к цели и высокая скорость (10–12 М). Традиционные баллистические ракеты могут быть обнаружены после выхода над радиогоризонтом систем обороны на дальности до 2000 км, т.к. они летят по высокой баллистической траектории. Гиперзвуковой боевой блок, который двигается гораздо ниже баллистических ракет – по границе атмосферы, будет обнаружен значительно позже. Это затрудняет организацию обороны и максимально сокращает работное время противоракетных и зенитных комплексов.


Второй крайне важный фактор гиперзвуковых атакующих объектов – это их способность совершать непрогнозируемые маневры по высоте и курсу, которые еще больше затрудняют поражение таких объектов и приводят к большому числу промахов оборонительных систем. В случае с традиционными системами противоракетной обороны при маневрировании такого боевого блока происходит постоянный перерасчет его предполагаемой траектории и перенацеливание уже запущенных и готовящихся к пуску противоракет на все новые и новые точки предполагаемого поражения гиперзвукового объекта. Это приводит к вычислительной деградации системы обороны и перерасходу противоракет.


Каковы могут быть возможные изменения систем противовоздушной и противоракетной обороны? Прежде всего, думается, системы ПВО и ПРО должны сделать свои огневые средства самонаводящимися – без зависимости от вычислительных и командных возможностей наземных средств. Это ускорит время их реакции на меняющуюся обстановку. Противоракеты с такими возможностями уже созданы – это, например, дальние перехватчики американской морской системы Aegis.


Российские системы типа С-400 априори предполагают встраивание в общий контур управления ЗРК новых компонентов.


Например, таких как новый стрельбовой комплекс с дальней ракетой 40Н6 с самонаведением на финальном участке, которая уже входит в современную комплектацию ЗРК С-400. В случае с перспективным российским ЗРК С-500 возможности по быстродействию и скорострельности системы, а также доля самонаводящихся высокоманевренных ракет в составе системы обороны будет еще больше.


Второе и третье направления развития систем обороны от гиперзвука состоят в нивелировании возможного промаха противоракеты путем увеличения зоны поражения ее боевой части, а также в применении противоракет с множественными самонаводящимися боевыми частями.

Такой подход позволяет перекрыть максимум вероятных траекторий ухода от поражения боеголовки-цели и добиться-таки ее поражения.
Возможно, будут реализованы и какие-то совершенно новые и более экзотические пути решения задачи поражения гиперзвуковых маневрирующих боеголовок.


ИТОГО


ПВО и ПРО ближайшего будущего придется столкнуться со всем разнообразием потенциальных угроз – от малогабаритных низкоскоростных объектов до гиперзвуковых целей, двигающихся как на малых, так и на больших высотах. Все это ставит перед ПВО задачу комплексирования ракетных и артиллерийских систем, обладающих разными возможностями.


В зависимости от региональных задач такая многофакторная ПВО всегда может строиться вокруг той или иной территориальной системы ПВО.


Хорошим примером организации такой системы обороны может служить российская модель взаимодействия территориального ЗРК С-400 «Триумф» с ЗРПК типа «Панцирь» с единым пунктом управления уровня полка ПВО. В такую систему в случае необходимости гармонично могут быть встроены и перспективные средства поражения баллистических ракет и стратегических атакующих систем. С такой системой смогут взаимодействовать и перспективные комплексы типа С-500, которые будут еще более приспособлены для работы по перспективным гиперзвуковым целям. Понятно, что после модернизации систем обороны последнего рубежа («Панцирь») новые системы также органично войдут в состав комбинированных формирований ПВО.


Кроме того, полки и бригады с ЗРК С-400 могут комплексироваться и со средствами армейской ПВО – комплексами типа «Бук-М3» и им подобными, что обеспечивает создание распределенной системы ПВО региона и театра военных действий.


Таким образом, можно сделать вывод, что в условиях неопределенности возможных угроз наиболее устойчивая система ПРО/ПВО может быть создана уже сегодня на базе комбинации российских систем вокруг зенитного ракетного комплекса С-400 «Триумф» с соответствующей информационной инфраструктурой.


События последних лет и ожидающиеся возможности потенциальных средств атаки это подтверждают.



Взято в журнале «Новый Оборонный Заказ Стратегии» 2019, №6 (59)

Tags: БЛА, ЗРК С-400, ПВО, ПРО, Панцирь, Россия, США, Саудовская Аравия, Сирия, гиперзвук
Subscribe
promo diana_mihailova март 13, 2018 23:11 579
Buy for 250 tokens
Отметка MAS17 - рейс МН17, отметка RSD316 - Ил-96-300 авиакомпании «Россия » Малазийский Boeing 777 рейса МН17 из Амстердам - Куала-Лумпур должен был столкнуться в небе над Польшей с российским «бортом №1» - самолетом Ил-96-300, на котором президент Российской…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments