Диана Михайлова (diana_mihailova) wrote,
Диана Михайлова
diana_mihailova

Categories:

Рождение эпохи великих потрясений: Как Горбачев 35 лет назад начал перестройку


Патовая ситуация

Хотя трех потенциальных противников Горбачева на этом заседании не было, все равно все пошло не по его плану. Как вспоминал Лигачев, быстро избрали похоронную комиссию в составе всего Политбюро, но, когда встал вопрос о председателе, повисла долгая пауза. И в результате вопрос перенесли на 14:00 следующего дня.

Другой секретарь ЦК – Рыжков – правда, запомнил все несколько иначе: председателем похоронной комиссии избрали Горбачева, а вот вопрос о генсеке перенесли на следующий день. Однако по советской традиции тот, кого избирали главой комиссии по похоронам, едва ли не автоматически становился лидером партии, поэтому скорее прав Лигачев.

И тому есть косвенное подтверждение: ни радио, ни ТВ не сообщали о смерти Черненко до вечера 11 марта, а газеты и вовсе сообщили об этом только 12 марта. Для сравнения: Сталин умер 5 марта в 21:50, а утром 6 марта об этом уже сообщили газеты. Спустя 32 года было еще больше возможностей сообщить о смерти лидера вовремя, тем более, что Черненко умер на 2,5 часа раньше. Но, видимо, сообщать было нечего, поскольку не был решен главный вопрос – о власти.

Все решил Громыко

Всю ночь с 10 на 11 марта, пока Романов, Кунаев и Щербицкий добирались в Москву, команда Горбачева вела работу по взятию власти. Лигачев обзванивал членов ЦК, сообщая им о смерти генсека и заодно высказывая "мнение", за кого голосовать. Чебриков вел переговоры с новым начальником Генштаба маршалом Сергеем Ахромеевым, пытаясь обеспечить Горбачеву поддержку армии.

Противники тоже не дремали. Как вспоминал Громыко, вечером 10 марта к нему обратился один из старых членов Политбюро, предложив возглавить партию, но министр иностранных дел отказался. Громыко не назвал имени того, кто обратился к нему, но, скорее всего, это был премьер Тихонов, поддерживавший Громыко еще за год до этого.

Отказ главы МИДа был не случаен: сейчас уже известно, что к моменту смерти Черненко он не просто выбыл из борьбы за пост генсека вследствие интриг Запада, но и получил от Горбачева предложение о союзе. Передано оно было еще одним соратником Горбачева – директором Института востоковедения и будущим премьером России Евгением Примаковым – через сына Громыко Анатолия.

Видимо, именно на поддержку Громыко и рассчитывал Горбачев, собирая экстренное заседание Политбюро уже в 20:00 воскресенья. Но Андрей Андреевич медлил – видимо, опасаясь, что может оказаться на стороне проигравших.

Из-за этого на вечернем заседании 10 марта и возникла патовая ситуация. Горбачеву нужны были шесть голосов в Политбюро, но он гарантированно имел только три – свой, главы Комитета партконтроля Михаила Соломенцева и главы Совмина России Виталия Воротникова. Плюс, скорее всего, голос первого зама премьера и будущего президента Азербайджана Алиева. При этом никто из них не мог выдвинуть Горбачева в генсеки – это должен был сделать кто-то из "большой семерки".

Но утром 11 марта Громыко все-таки дал согласие – в обмен на избрание главой Верховного Совета. Так что на заседании Политбюро в 14:00 решающую роль сыграли два фактора: во-первых, отсутствие Щербицкого, не позволившее Гришину, Романову и Тихонову собрать большинство в чью-либо поддержку, во-вторых, переход Громыко на сторону Горбачева.

Щербицкий мог успеть на заседание в 14:00, если бы американцы согласились дать ему вовремя военный самолет для перелета из Сан-Франциско (где он находился) в Нью-Йорк (где уже был готов советский самолет). Но американцы не спешили, в результате чего украинский лидер не успел не только на заседание Политбюро, но и на пленум ЦК в 18:00.

Тем временем на заседании Политбюро, сразу после сообщения Чазова о причинах смерти Черненко, Громыко предложил избрать Горбачева генсеком и тем самым дал понять, за кого проголосует. В отсутствие Щербицкого большинство от 9 членов Политбюро составляли пятеро, и голос Громыко дал Горбачеву это большинство.

Когда стало ясно, что Михаил Сергеевич побеждает, остальные не решились выступать против. Больше того, первым после Громыко в поддержку нового генсека выступил один из его главных противников – премьер Тихонов.

12 марта все советские газеты сообщили одновременно о смерти Черненко и об избрании Горбачева. При этом впервые портрет умершего генсека отправили на вторую полосу, а на первой разместили портрет нового вождя.

Был ли Горбачев предателем?

После развала СССР неоднократно публиковались предположения, что Михаил Горбачев был завербованным агентом Запада.

Как и рассказ идеолога развала Союза Александра Яковлева о том, что во время его первой встречи с Горбачевым в 1983 в Оттаве они уже решили, что социализм нужно заменить капитализмом. В 1983-м Горбачев только шел к власти и побоялся бы сделать даже маленький шаг, позволяющий его дискредитировать. Особенно во время правления всесильного шефа КГБ Андропова.

Другое дело, что идейным коммунистом Горбачев, безусловно, не был. Он был карьеристом без убеждений, подчинявшим все свои действия борьбе за власть. Даже Запад будущий генсек использовал для того, чтобы добиться своей цели, а о последствиях он не думал.

Что касается зигзагов его политики, то они были обусловлены тем окружением, которое было вокруг генсека в каждый отдельный период. В 1985-86 самым близким соратником Горбачева был Лигачев, и в те годы генсек проводил твердолобую политику в лигачевском стиле, вырубая виноградники ради счастливого социалистического будущего. В 1987-м он приблизил к себе Яковлева, и тот повел генсека по пути дискредитации социализма и сближения с Западом.

Кстати, если кто и был агентом Запада, то как раз Яковлев. Было немало возможности его вербовки и во время стажировки в Колумбийском университете в 1957, и во время работы послом в Канаде в 1972-83. В 1970-е у КГБ были сигналы о том, что Яковлев живет в Оттаве на широкую ногу, тратя намного больше, чем позволяет зарплата посла.

Впрочем, все это не означает, что Яковлев и другие адепты перестройки были агентами западных спецслужб. Желание "приватизировать" страну зрело у многих представителей советской элиты еще во времена Брежнева. Они хотели жить как на Западе, стать собственниками нефтянных компаний и металлургических заводов, передавая их по наследству. И не зависить от воли какого-либо нового вождя партии.

Более того, скорее всего, они не хотели развала Союза. Их вполне устроил бы китайский путь - переход к капитализму при сохранении единства государства.

Однако куча допущенных ошибок, менеджерская слабость Горбачева, а также отсутствие четкого плана реформ, привели к потери управляемости процессами в стране.

Тем более, что в национальных республиках были свои элиты, которые точно также хотели "приватизировать" вверенные им территории, не делясь с Москвой.

Решающий же удар, как писалось выше, нанес по СССР Ельцин. Стремясь прийти к власти и сменить Горбачева, он стал главой РСФСР и начал расшатывать власть союзного центра, кооперируясь нередко с другими республики. Именно он и инициировал "парад суверенитетов". Делал он это опять же не для того, чтоб развалить Союз, а чтоб взять в нем власть. Но, по итогу, к концу 1991 процессы зашли так далеко, что Ельцин решил довольствоваться одной Россией, отпустив на вольные хлеба союзные республики.

Что касается Запада, то ему в этой ситуации даже не потребовалось напрямую вмешиваться в процесс. Достаточно было просто подогревать властные амбиции Ельцина и помогать национальным движениям в республиках. А они уже все сами и сделали.

Tags: СССР, история, спецоперации, спецслужбы
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo diana_mihailova март 13, 2018 23:11 579
Buy for 250 tokens
Отметка MAS17 - рейс МН17, отметка RSD316 - Ил-96-300 авиакомпании «Россия » Малазийский Boeing 777 рейса МН17 из Амстердам - Куала-Лумпур должен был столкнуться в небе над Польшей с российским «бортом №1» - самолетом Ил-96-300, на котором президент Российской…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments